En

КНИГИ ГОРЯТ И НЕ СГОРАЮТ

«Вымыслы». По книгам Х. Л. Борхеса «Книга песка» и «Вымыслы».
Государственный молодежный театр Литвы в рамках XIV Международного фестиваля-школы современного искусства «Территория».
Режиссер и сценограф Адомас Юшка.

Хорхе Луис Борхес долгое время служил директором Национальной библиотеки. Он боготворил Книгу, и героя одного из своих рассказов запер в «Вавилонской библиотеке», которая одновременно метафора и жизни, и культуры. Неудивительно, что герой заблудился там и сошел с ума — или ему так показалось. Именно он — главное действующее лицо спектакля Государственного молодежного театра Литвы «Вымыслы» в постановке ученика Някрошюса Адомаса Юшки. Он выпустил этот спектакль, еще учась на четвертом курсе.

Странно, что фантастическая проза Борхеса, где не различишь границу между вымыслом и реальностью, а ключевыми понятиями являются зеркало, лабиринт и игра, редко привлекает внимание сцены. Особенно сегодняшней, где уже давно не принято рассказывать истории. Литовский режиссер восполнил этот пробел: создал в черном квадрате малой сцены яркий, как вспышка, мир головокружительного путешествия человека в пространство абстракции, мысли, страстного поиска совершенства в писательстве, в творчестве. Причем сделал это так, как и полагается ученику великого Някрошюса: используя языческие огонь и воду и постигая (или пытаясь это сделать) тайны мироздания — ни больше ни меньше.

Арунас Сакалаускас (Автор).
Фото из архива фестиваля «Территория».

В прологе Автор — Арунас Сакалаускас — долго изучает, как будто примеривает на себя окружающее пространство. Пытается объять его широко разведенными руками, просчитать шагами, понять, что оно собой представляет. В темноте сверкает его лысый череп и горят глаза. Он одержим какой-то страстью, пока нам неизвестной. Все проясняется, когда он покупает у незнакомца священную Книгу песка, не имеющую начала и конца, как сама жизнь. Он тщетно ищет первую и последнюю страницы — их нет, в отчаянии даже грызет увесистый том, оставляет Книгу в подвале, где она пропитывается влагой, прыгает на нее и в ужасе смотрит на стекающую на землю воду, — но не может ни забыть про нее, ни разгадать ее загадку. Увы, он писатель, художник, он, как герой рассказа «Тайное чудо» Яромир Хладик, выбирает в этой жизни лишь одно — творчество и искусство. Этот рассказ входит в самую знаменитую книгу Борхеса «Вымыслы», которая легла в основу спектакля. Мука и счастье человека-творца, ищущего нужное слово, или краску, или ноту, или сцену — неважно, становится его содержанием.

Сцена как будто пуста, и только в центре — странная зеркальная дверь, окутанная туманом. На ней то появляются письмена, словно цитаты из Книги песка, то она, прозрачная, проявляет человеческий силуэт. Вообще трудно уловить момент, когда случается волшебство и из музыкальных аккордов, похожих на танец движений актеров (к герою присоединяются еще трое загадочных личностей) и реплик из текстов Борхеса складывается ирреальный мир, в котором все возможно. Там могут произойти самые фантастические вещи, там «только зеркалу зеркало снится, тишина тишину сторожит». Попав в этот мир, вы уже не можете покинуть его добровольно, как не может сделать этого и Автор, блуждающий в лабиринтах своих воспоминаний и бесконечных литературных реминисценций. Писал же о Борхесе Джон Барт, что его рассказы «не только постраничные примечания к воображаемым текстам, но вообще постскриптум ко всему корпусу литературы».

Сцена из спектакля.
Фото из архива фестиваля «Территория».

Наиболее подробно разыгран в спектакле рассказ «Зеркало и маска». Там действуют Король и Поэт: Эней дает Вергилию год на то, чтобы довести до совершенства каждую букву и каждое слово. В итоге было три попытки — и три года. Каждое такое путешествие Поэта режиссер решает в деревенско-балаганном стиле: герой под веселую музыку торжественно кружит по сцене в сопровождении трех попрошаек-дурачков. Наконец шедевр создан. Но как? «Однажды я проснулся на заре, повторяя слова, которые не сразу понял. Это и было стихотворение. Я чувствовал, что совершаю грех, которому нет прощения». Последний дар Короля Поэту — это кинжал, чтобы тот лишил себя жизни, после чего сам правитель «оставил свое царство и стал нищим, скитавшимся по дорогам Ирландии, известно также, что он ни разу не повторил стихотворения». Совершенства достичь невозможно, как невозможно поймать, уловить «минуту до рождения Улисса» — хотя как раз это литовцам, на мой взгляд, и удалось сделать в своем спектакле.

Будто пугаясь пафоса и излишней умозрительности, режиссер неожиданно обрушивает одну из черных стен — и на балконе возникают некие литераторы, ведущие мертвую дискуссию о природе творчества. Внизу их беседу слушает «мальчик» — это сам писатель, пока еще верящий в то, что если у человека есть библиотека, то он настоящий профессор. Звучит танго, но даме не с кем танцевать: умники выпили лишнего и ушли, поэтому она просто машет тому, кто грустно стоит внизу.

«Вымыслы», в сущности, — это разговор молодого режиссера со своим Учителем, который он будет вести всю жизнь. В финале этот разговор материализуется во встрече двух героев рассказа Борхеса «Другой». Там писатель встречает самого себя в юности: одному 70, другому — 19, один находится в Кембридже, другой — в Женеве. У них разный опыт, разные знания, но одинаковый вкус к поэзии, почему возникает имя Уитмена. Поэтический метафорический театр Някрошюса не кончился, хотя создателя его больше нет: в спектакле Юшки мы видим то же внимание к деталям и предметам, то же умение наполнить философским смыслом самую простую мизансцену. Мастер признавался, что любит театр, в котором «непонятно, как это сделано», — его ученик идет по тому же пути. Одним жестом руки актера в белой перчатке он доказывает, что простые понятия — равнина, лиса — обретают подлинность только тогда, когда их называет художник. Он, что не слишком присуще его поколению, не боится быть сентиментальным, осмысляя важное: «Когда ты будешь в моих летах, ты почти полностью потеряешь зрение. Но не волнуйся. Постепенный приход темноты — не трагедия. Это как медленное сгущение летних сумерек».

Арунас Сакалаускас (Автор).
Фото из архива фестиваля «Территория».

Адомас Юшка играет сегодня одну из главных ролей в спектакле-завещании Някрошюса «Цинк» по документальной прозе Светланы Алексиевич. В этой театрально изощренной, но публицистически прямой постановке все актеры играют по-особому: на пределе сил и удивительно бережно по отношению к каждой мизансцене мастера. Видно, что им очень важно сохранить все, что он придумал (чего стоит одна только сцена суда над писателем, происходящая на стадионе во время футбольного матча), точно донести каждую его мысль и чувство. Им это удается, конечно. Но едва ли не больше меня восхищает сегодня то, как развивается традиция Эймунтаса Някрошюса в творчестве его учеников. Петр Наумович Фоменко говорил когда-то, обращаясь к молодым: «Да, в театре уже все было, это правда, — но вот вас еще не было». Весной Адомас Юшка собирается выпустить «Дон Кихота» — обязательно поеду в Вильнюс смотреть.

29 Октября 2019

Источник:

Петербургский театральный журнал