En

На фестивале "Территория" прошла премьера спектакля "Октавия. Трепанация"

Фестиваль современного искусства "Территория" познакомил публику со сценическим произведением под названием "Октавия. Трепанация". И это была российская премьера оперного по форме спектакля на музыку Дмитрия Курляндского в постановке Бориса Юхананова, руководителя столичного Электротетара "Станиславкий". Там его и играли несколько дней, этот яркий образец постмодернизма.

После мировой премьеры, пару лет назад, германский журнал "Опернвельт" писал об "Октавии" так: «Причудливое творение, полное аллюзий, игры иронии и пафоса. Музыкально воплощённая рефлексия, которая посвящена неистребимым механизмам власти и насилия». Елена Ворошилова начала разглядывать всё в деталях ещё до начала премьеры.

Чтобы надеть костюм терракотового воина, Михаилу Кузнецову, электромеханику московского метрополитена, нужно не больше десяти минут. Хотя конструкция, придуманная Анастасией Нефедовой, очень громоздкая.

«У воинов настоящие кожаные башмачки», – отмечает художник по костюмам Анастасия Нефёдова.

«В ботинки вставляются кеды, и очень важно удобно вставить ногу, потому что нам долго надо стоять, около сорока минут», – добавляет Михаил Кузнецов.

А еще краги, которые крепятся на колени специальными резинками, и разгрузка, напоминающая альпинистскую, для равномерного распределения веса. И венец творения – 8-килограммовые доспехи, высота которых больше двух метров.

«Немного жарко, но это терпимо. У нас есть вентиляторы», – комментирует Михаил Кузнецов.

«Конечно, там находятся люди, которые поют. И для того, чтобы они пели, я сделала перфорацию внутри доспехов, через которую, конечно, пропускается не только воздух, но и звук», – рассказывает Анастасия Нефёдова.

Волонтеры несколько недель учились передвигаться в костюмах, сделанных из пластика с романтичным названием Ева, которые обжигали в специальной печи, грунтовали и красили. В Голландии на сцене было 80 терракотовых воинов. В Москве – 20.

Композитор Дмитрий Курляндский и режиссер Борис Юхананов решились на оперу-операцию, чтобы разобраться с механизмами тирании и насилия. Поскольку заказ был к столетию революции, Курляндский, взяв за основу "Варшавянку", придумал странную музыку на текст Сенеки и эссе Троцкого о Ленине, которое тот написал после его смерти.

«"Варшавянка" – это та глина, из которой я лепил очень индивидуальную, не похожую на "Варшавянку" музыкальную ткань, которая состоит из нескольких слоев. Есть слой cолистов, которые поют традиционную, нотированную музыку в своих ариях. И есть слой хора – большой хор, который символизирует народ», – делится Дмитрий Курляндский.

На сцене – громадная голова Ленина, которую препарируют на глазах зрителя. Внутри черепа – сцена, где вещают Нерон и Сенека.

Здесь же поет хор девушек-птиц, напоминающих кариатид, с разодранными в кровь крыльями и трепанированными черепами. Красноармейцы в красных костюмах разводят терракотовую армию словно на карауле перед мавзолеем.

«Снимается крышка, на ней уносят умершую Агриппину со сцены. А потом там внутри образуется пространство типа ванны, в которую в конце оперы Сенека ложится и очень красиво заканчивает свою жизнь», – описывает певец Сергей Малинин колесницу, на которой выезжает Троцкий.

Троцкий с монологами о вожде мирового пролетариата, Нерон в мечтах об уничтожении своей бывшей жены Октавии. Между ними тысячелетия, но так много общего. В финале ребята волонтеры выходят в майках, на которых – их имена. И зритель понимает, что это не безликая армия.


20 Октября 2019

Источник:

Телеканал Россия Культура