En

Алла Демидова обучает телепатии

Фестиваль «Территория», отгремевший на прошлой неделе, помимо театральных событий ознаменовался и мастер-классами значимых фигур современной сцены. Среди прочих выделились вечера, проводимые болгарским режиссером Явором Гырдевым и легендарной актрисой театра и кино Аллой Демидовой. О мистификациях, которые выдумал Явор Гырдев, и искусстве телепатии, преподанном Аллой Демидовой, повествуют Дни.Ру. 

Мистификация в кубе

Явор Гырдев намеревался провести с учениками фестиваля мастер-класс о взаимоотношениях артиста и режиссера с временем. Для этого он продемонстрировал несколько видеороликов, смонтированных им и его друзьями из материалов по спектаклям. Многие из них были выполнены довольно любопытным образом. Например, съемки картины «Марат/сад» технически напоминали способ освещения у шахтеров или глубоководных водолазов: в очки артистов вмонтировали камеры, и таким образом создавался эффект присутствия. Это был театр-действие вперемешку с телевизионным спектаклем, причем имеющим для Болгарии — родины Гырдева — остро-политическое значение. 

Для еще одной из постановок, показанных Гырдевым — «Пухеният», или «Человек-Подушка» (“Pillowman”) Мартина Макдоннаха, местом действия был выбран стеклянный куб — как, вероятно, воплощение подвешенности, неопределенности и одновременно хрупкости бытия. Соответственно, зрители наблюдали спектакль, обступив куб со всех сторон, а артистам предоставлялось полагать, что стены куба, их заключающие, непрозрачны. Таким образом Гырдев лишил свой театр так называемой четвертой стены, что дает больше простора для режиссерской мысли в плане постановки мизансцен.

Самой яркой демонстрацией была трансляция ролика «визуальной полиции». Visual Police — это мистификация. В ней некий капитан Явор Стразов является начальником мифического Департамента Надзора по эстетике города. Этот человек якобы заправлял целым штабом визуальной полиции, которая могла учинять самоуправство в городе в том случае, если какие-либо элементы его архитектуры покажутся им некрасивыми. Мистификация заключалась в том, что несуществующего в реальной жизни Явора Стразова приглашали на все популярные политические и ток-шоу, в которых он всякий раз толковал о своей деятельности. К сожалению, ролик не был показан по телевидению, чтобы не компрометировать медийных лиц, принимавших в нем участие, и поэтому смысл самой идеи мистификации терялся.

В заключение Явор Гырдев предложил обсудить стихотворение Даниила Хармса «В июле как-то в лето наше». Строчка «Таких свиней, как наш папаша/ Я еще не видывал ни разу», за живое задела аудиторию, разделившуюся на два лагеря — заступников наивной и ироничной манеры Хармса и противников грубости изложения. Тем не менее Гырдев подошел к вопросу как истинный формалист и смог найти объективные тезисы, объясняющие поэтику Хармса как заслуживающую внимания: режиссер призвал всего-навсего сопоставить форму и суть, проследить генезис жанра и извлечь из кажущейся топорности поползновения на социальную сатиру. Без сомнения, Бахтин гордился бы таким преемником его позиций. 

Без чувств

Иное происходило на мастер-классе Аллы Демидовой. Знаменитая актриса учила артистов техническим средствам достижения того или иного драматического эффекта. Алла Сергеевна поведала присутствующим о том, что на одной эмоции и чувственном переживании убедительно сыграть ни у кого не выйдет, именно поэтому время от времени следует прибегать к более отстраненным средствам.

Например, она рассказала о том, как тренировать способность быстро вживаться в роль: следует сделать три глубоких вдоха и выдоха, расправив плечи, вообразить своего соседа (возлюбленного, сослуживца — любого знакомого), попробовав вспомнить его в деталях. После нужно мысленно представить этого человека в конце длинного коридора и через несколько секунд — вблизи глаз. Представлять, как приближается-отдаляется образ, как начинает двигаться и вновь принимает неподвижное положение. Прочие упражнения — на тренировку органов чувств: необходимо вспомнить аромат этого человека (запах кожи, табака от трубки, которую он курит, парфюм), затем — вообразить, будто касаешься его руки, волос, ткани одежды. Один из самых лучших способов тренировать тактильные рецепторы и расслабляться — представлять, словно на голову с неба льется золотой дождь, заливая лицо, затекая за шиворот и брызгаясь на руки. Для более острых ощущений — почувствовать, как вместо дождя за шиворот забивается ком хрустящего снега.

Кроме того Алла Сергеевна рассказала о том, как выдерживать паузу — искусство, подвластное немногим. И для того чтобы сделать ее наиболее правильно, необходимо, чтобы лицо артиста отражала процесс рефлексирования — а это не всегда удается сделать. Один из самых простых способов — представить свой номер телефона наоборот или повторять таблицу умножения. Нечто подобное делала еще Марлен Дитрих, снимаясь в одной из картин Йозефа фон Штернберга: свою знаменитую паузу после просьбы остаться ее научил тянуть сам режиссер. Он, как описывается в книге мемуаров дочери актрисы «Моя мать Марлен Дитрих», велел ей считать до десяти прежде, чем сказанная вполоборота фраза будет продолжена. Если бы, молвила Демидова, в театральную премию «Золотая маска» входила номинация «За лучшую паузу», фестиваль был бы еще более адекватен актерскому мастерству.

Еще Алла Демидова поделилась со зрителями искусством телепатии. Эта техника, по словам актрисы, применялась еще космонавтами — на случай, если связь с Землей будет утеряна. Нужно, чтобы отправитель информации и адресат представили друг друга в деталях — так же, как это было в упражнении на зрительную память, но при этом не только взглянули друг на друга со стороны, а попытались «войти» в этого человека, стать им, почувствовать, как он двигается. Тогда «отправитель» берет карандаш и начинает на листе бумаги записывать нужную для передачи информацию. И в тот самый момент перед «адресатом» на таком же листе бумаги оказывается написанный текст. При постоянной тренировке это может сделать любой человек, утверждает Алла Сергеевна.

Помимо этого Демидова толковала о множестве техник, довольно известных тем, кто изучает актерское мастерство, но преподнесенных в ином ключе: о том, как делить зрительный зал по цветам на ореолы влияния, о том, как использовать силу чакр для влияния на зрителей и, наконец, о том, как настроить энергообмен между зрителями и артистами на нужный ряд — чтобы пришедшие на спектакль не чувствовали себя опустошенными. Еще о том, как дружила с Высоцким и Смоктуновским и как первый играл верхней передней чакрой, а второй как-то весело бежал по деревне, улыбаясь ртом, лишенным зубов после посещения дантиста. Участники «Территории» — иными словами, студенты театральных вузов — по ее указке ходили по кругу, воображая себя котами, курицами, человеком с кувшином, доверху полным водой, и дряхлыми стариками. За эти три с лишним часа довелось узнать многое — и тем ценнее это было оттого, что Алла Сергеевна проводила мастер-класс, чувствуя себя слегка хворой. Все же техника техникой, но настоящего таланта и мастерства не отнимешь — зрители звонко аплодировали, обступив актрису со всех сторон.

13 Октября 2008

Источник:

Дни.Ру